Импрессионизм. Истоки возникновения импрессионизма.
Ничто не повлияло так сильно на изменение направлений и стилей в живописи, как появление в 19-м веке фотографии. Несмотря на то, что художники поначалу приняли ее враждебно, дагеротипные пластины расширили видимые горизонты в скором времени. Выхваченные из общей суеты и навсегда запечатленные моменты жизни улиц, людей, животных в своих будничных, незамысловатых композициях сдвинули приоритеты восприятия окружающего мира.
Великий Будда изобразительного искусства, вечно сидящий или возлежащий, имеющий длинное название "Реализм-Романтизм-Классицизм", вдруг поднялся со своего многовекового ложа и отправился гулять по набережным и площадям, любуясь ставшими мгновенно воздушно-прозрачными закатами и восходами. Он обрел новое имя - Импрессионизм.
Презревшие работу в мастерских, импрессионисты вырвались на свободные просторы с треножниками-этюдниками. Кстати, треножники импрессионисты тоже позаимствовали у фотографов. Толстая золотая барочная рама отошла в историю, как нечто статичное, на этих новых картинах она уже не смотрелась и выглядела тяжелыми кандалами.
Бликующая туманность и размытость черно-белого изображения, хотя и была следствием начального технического несовершенства, вдохновила художников импрессионистов перенести нечто подобное на холсты, не смешивая цвета, ложить их рядом друг с другом на одном полотне. Неожиданно стал уходить иногда на второй план сам сюжет, уступая место наслаждению глаза игрою перекликающихся красок. Это был новый большой шаг в культуре, и, как обычно это бывает, он не сразу адекватно воспринялся обществом. Нужно было это понять, а на понимание уходит много времени.
Остановимся на творчестве Пьера Огюста Ренуара. Фотографичность его композиций потрясает. Например: "Завтрак лодочников". Можно говорить о синониме между словами "Фото" и "Импрессионизм". Выражаясь современным языком - удачливый папарацци уловил уникальный кадр. Ренуар предвосхитил появление цветной фотографии - он писал картины с необычным ракурсом. Но именно неведение того, что через 100 лет появится
цветная фотография, вдохновляло новую волну художников импрессионистов .
Конечно, они продолжали настаивать насчет того, что фотография - "презренный" жанр, но это можно объяснить обычным человеческим самолюбием, которое, как мы знаем, очень болезненно. Однако дружбу с Надаром у них это не прервало. Если бы на Машине Времени импрессионистам показали обычную современную "мыльницу" - велико было бы их разочарование. Но, слава Богу, они не подозревали о степени технического прогресса.
Винсент Ван Гог, высказывая свое мнение ученикам школы классицизма, говорил только одну фразу: "Все это мертво!" И в качестве доказательства показывал свои картины. На меня очень сильное впечатление произвел его "Белый дом ночью". Картина, краденая-перекраденая то нацистами, то коммунистами, навсегда вписана шедевром импрессионизма.
Здесь художник ушел даже дальше возможностей фотографии 21-го века. Разделение света луны, его контраст с ночной тенью - все это не оставляет шансов точной передачи для техники нашего времени. Ведь если мы и сфотографировали бы такой
пейзаж - фотовспышка засветила бы его мгновенно. Тут великий импрессионист телепортировался вообще в отдаленное будущее. Давайте поставим вопрос, насколько: 22-й век? 23-й? 24-й? Когда, с помощью каких квантовых компьютеров и фотовспышек удастся технически получить такой снимок? Слава импрессионистам 19-го века!
Да и сама сегодняшняя фотография, сделавшись, цветной, начала соревноваться, сама того не подозревая, в импрессионизме. Нестандартная композиция, плюс впечатление от цвета - вот волшебные слагаемые, от которых до сих пор невозможно оторвать зачарованных зрительских глаз.
Волшебным образом вскоре родился экспрессионизм, который не только продолжил дело импрессионизма - акцент на цвет, но и сдвинул силуэты и характер передаваемых предметов, дав толчок для появления кубизма, абстракционизма, лучизма и т.д. Сюрреализм вообще поставил знак вопроса над изображением предмета и явил его внутреннюю сущность.
Надар, поднявшийся на воздушном шаре над Парижем со своей фотокамерой, подобен Магеллану, открывшему форму Земли. Но, как и Магеллан, не знающий о последствиях своей экспедиции, он точно также не подозревал о ценности своих фотографических пластин, пока они не попались на глаза проницательных живописцев.